www.sobor.by

Центр просвещения и милосердия Белорусского Экзархата


Текущее время: 02 июл 2020, 13:50

Часовой пояс: UTC + 2 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 6 ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 24 июн 2013, 21:55 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2009, 23:21
Сообщения: 161
Откуда: Минск
Глава 1. Лейтенант.
«Где этот сукин сын?» - злобно рыкнул лейтенант, едва его до блеска начищенные сапоги коснулись земли. До этого чёрный воронок, словно ворон, не один час кружил по окрестным улицам. Петляя, автомобиль скакал по выбоинам, его пассажиры напряжённо молчали. Они служили Родине, власти которой провозглашали новый порядок, порядок в котором не было места суевериям и мнимости. В руках у лейтенанта была папка. Жёлтый бумажный переплёт с жирным, выделенным словом «Дело №». Грязно-серый налёт на уголке говорил о том, что дело прошло не через одни руки.
Слеповский выделялся на фоне остальных сослуживцев решительной резкостью. Эти качества вполне импонировали его начальству. Любой отданный приказ беспрекословно, с какой-то особой фанатичностью, выполнялся тот час же. Начальник Слеповского не раз шутил: «Приставлю тебя к ордену, Андрей», - при этом скрипуче смеялся. Этот смех был странным, непонятным. От этого лейтенанту становилось не по себе, но слова о сулящей награде льстили, похвала пьянила.
В юности Андрей Слеповский был далеко не самым сильным учеником в классе. Немного замкнутый в себе, не терпел конкуренции. Как-то раз, когда мальчики из класса играли в казаков-разбойников, он ударил одноклассника Мишку, и расшиб ему нос. Мишку ребята выбрали атаманом, и тот приказал Андрею стеречь лагерь, пока основная группа ребят ловила противников, но Андрей выпалил: «Не корчи из себя командира!» - и ударил одноклассника в лицо. Ребята побоялись заступиться за Мишу, так как Андрей был довольно сильным и бойким парнем. Агрессия пугала и отталкивала. В тот день мальчишки забросили игру и в последующие дни почему-то Андрея с собой не звали, а Андрею очень хотелось играть, играть вместе со всеми.
После окончания школы в институт Андрей не поступил. Школа ему надоела ещё ранее, и студенческую жизнь он представлял скучным продолжением этой эпопеи. Когда пришла повестка, Андрей без ропота явился в военкомат, пройдя медицинскую комиссию. Его переполняла гордость. По результатам обследования ему была присвоена первая группа годности, а это значило, что служить он будет в элитных войсках.
Отца Андрей не знал, мать не рассказывала о нём. Соседка, тётя Люся, говорила, что как-то к ним в город приехала бригада наёмных рабочих строить котельную, и один из работяг повадился ходить к матери Слеповского. Тётки ворчали, мол, негоже так себя вести, не правильно это. Но мать Андрея только дерзила в ответ и обвиняла соседок в завести. Котельную построили за три месяца, бригада уехала, а мать Андрея осталась, шёл второй месяц беременности.
Первый раз на побывку Андрей приехал через полгода. Рослый, с хищным взглядом, юноша появился во дворе старого дома ближе к обеду. Мать была на работе и он сел на лавку возле подъезда. Неделю назад ему дали звание ефрейтора, и этот, пусть и незначительный факт, льстил его самомнению. Местный пьянчужка Иван, что жил по соседству и знал Андрея с малых лет, воскликнул: «Посмотрите кто это! Да это же наш разведчик…» - и пошатнувшись, так как был пьян, наступил нечаянно Андрею на сапог. Побагровев, Слеповский схватил тщедушного дядьку за грудки и швырнул в сторону. Алые капли крови пролились на серый асфальт. Старая оконная рама, с разбитым стеклом, уже пол недели стояла у помойки. Степан, водитель мусоровоза, всё никак не мог её забрать, так как подъезд Андрея был последним в его путевом листе, и мусоровоз, к сожалению, к этому моменту почти всегда был переполнен. Иван встал, прижав порезанную руку, и шатаясь побрёл домой. Писать заявление в милицию он не стал, так как наслышан был что тех, кто сотрудничает с органами, называют «терпилами», не уважают. Хоть Иван никогда не был судим, отчего-то придерживался этих странных правил.
Из армии Слеповский вернулся в должности сержанта. Его безукоризненная характеристика привлекла внимание НКВД. Всё было настолько таинственно, что веяло неким романтизмом с горчинкой опасности. В один из июньских дней в дверь квартиры позвонили. На пороге стоял человек в синей фуражке с кокардой в виде звезды.
- Андрей Никифорович? - поинтересовался человек в небольших круглых очках.
- Да, - удивлённо ответил Слеповский.
- Вы нужны Родине! – как бы внушая, заявил человек в форме.
Эти воспоминания нахлынули на лейтенанта как-то неожиданно, и водитель, не осмеливаясь потревожить начальника, кружил вокруг беленького храма. Зелёный, от окиси, медный купол был увенчан восьмиконечным крестом. Вид его раздражал Слеповского, он никогда не верил в эти сказки для наивных простаков. Попов он считал шарлатанами, что околпачивают доверчивых людей, за их счёт жируют и скрыто придаются утехам. Лейтенант чертыхнулся.

Глава 2. Юродивый.
- Где этот сукин сын? – донеслось до ушей Прохора.
- Бонька-то? Крутился тута ка утром, нашёл какую-то косточку и убежал, - ответил оборванец и затянул шутливую песенку: - У попа была собака он её любил…
Бонька был годовалым псом. Прошлой весной ощенилась бездомная собака Жучка, мать Боньки. Вот они и бегали небольшой группой собачьих родственников по окрестностям, в поисках еды и человеческой доброты. Добрые люди подкармливали собак, но чаще Жучка ловила крыс, этим и питались.
Слеповский презренно цыкнул и сплюнул на землю. Ему была противна компания этого безумца, с детским чепчиком на голове. Вступать в дискуссию с умалишённым не было никакого желания. Лейтенант быстрым шагом направился к крыльцу из двадцати ступенек.
Прохор появился в окрестностях храма примерно с полгода назад. Никто не знал откуда он пришёл, да и если честно, этим никто особо не интересовался. Чаще всего Прохор сидел перед храмом, на паперти. Редкие прихожане, в основном женщины и бабушки, делились с ним едой, иногда деньгами.
Отец Амвросий сразу же приметил этого странного бездомного, а странного в нём было не мало. Как только Прохор появился, батюшка грешным делом подумал, что очередного пьянчужку занесло в их края, который в поисках лёгкого хлеба клянчит мелочь. Однако за неделю, что Прохор провёл у храма, Амвросий не смог разглядеть в нём пьяного состояния.
Все попытки поговорить с Прохором заканчивались неудачей. На заданные вопросы тот не отвечал, с прищуром улыбался, обнажая щербатый рот, и выдавал какие-то несвязные между собой реплики. Батюшка оставил попытки наладить контакт с этим бедняком и мало-помалу свыкся с его присутствием. Проблем Прохор не создавал, и на том спасибо.
Чудной безумец частенько, не свет ни заря, заходил в храм. Там он подолгу стоял у икон, чаще всего у иконы Божьей Матери, и что-то про себя бубнил. Матушка Люба, жена отца Амвросия, заведовала свечной лавкой и дивилась с того что деньги, полученные от подаяния, Прохор почти всегда тратил на жертву храму. Он покупал церковные свечи, но никогда их не зажигал. Все свечки он клал на подоконник, а одну свечку причудливо сгибал в форме цветочка и ставил на подсвечник. Мягкий, податливый воск от пальцев Прохора принимал причудливую форму ромашки или лютика. За этим процессом было забавно наблюдать, словно наивный ребёнок нашёл себе безобидное и бесполезное занятие. Прохор улыбался, клал правую руку себе на грудь и, поклонившись, выходил из храма.
Ночевал бродяга в соседнем леске у костра, подстелив тряпьё и ветки, или в парадных близлежащих домов, если не гнали. Отец Амвросий предлагал Прохору ночевать у него в подсобке, но казалось, что Прохор его не понимает, не слышит. На вид бездомный Прохор был довольно опрятен, вони, как другие бродяги, не источал. Несколько раз на неделе мылся он в реке, там же и стирал свои лохмотья. Чудной был человек, странный.

Глава 3. Священник.
Батюшка Амвросий, в миру Степан Благевич, в школе был хорошистом. Поступил в институт, но с третьего курса ушёл, хотя подавал большие надежды в точных науках. Родители его были обеспокоены заявлением Стёпки о том, что тот собрался поступать в духовную семинарию. Людьми они набожными не были, но на пасху в храм захаживали: булки освятить, свечку поставить. Беспокойство родительское было не сложно понять: в последние годы недобрые настроения витали в воздухе. Власти, казалось, ненавидели духовенство, хотя официально этого не обозначали. Тревога за сына трепещущим листиком билось в материнском сердце, отец виду не подавал, негоже мужчине нюни распускать. Попытались было отговорить, да Степан настоял: «Не переубеждайте. Чую я, что место моё там. Лучше благословите», - и словно поник. Мать тогда ничего не ответила, а отец слегка покашлял и ответил: «Твоя жизнь, тебе её и проживать». Лишь спустя годы мама Степана призналась мужу, что в ту ночь не смыкая глаз молилась Пресвятой Деве Марии, за своё чадо. Молилась, как умела, молитвослова в доме не было, молилась, как могла. Не ведала она тогда, что каждое слово было услышано, не знала она, что ждёт её сына, не догадывалась, что благо небесное есть страдания земные.
Дела у прихода шли не шибко ладно, но с Божьей помощью на жизнь хватало. Тот небольшой круг прихожан, что считай тайком, посещал службы, делился со священником тем, чем Бог подал. Было и своё небольшое хозяйство: пару свинок, корова, да десяток курочек с петушком Петрушкой. Бывало священник устраивал чаепития со своей паствой, такие посиделки за разговорами он называл агапай. Бабушка Клавдия, старушка божий-одуванчик, всегда охала при этом и крестилась, чем смешила остальных. Она была глуховатой и представлялось ей, что говорят: «Агафья», - а это была её давно почившая бабушка, которую та очень любила. За чаепитием велись беседы на духовные темы, рассказывал батюшка о житие святых, пояснял притчи. Люди чувствовали тепло, что исходило от этого человека, этим теплом они согревали свои души.
Любил Амвросий и детей, не редко подбежит к нему какой сорванец и затянет: «Поп, поп, по пузу хлоп…» - а батюшка по доброму улыбнётся, и петушка из талого сахара, протянет. Стоит мальчонка, думает. Конфету хочется, но понимает, что навредничал. За что конфету? Подходит осторожно, выхватит петушка и наутёк, только пятки сверкают. Улыбается батюшка, провожает его крестным благословлением, умиляется.
Каждый день, по прочтению молитв, отец Амвросий с особым проникновением благодарил Бога. Благодарил за всё, даже за то, что человеку мирскому показалось бы неправильным, обидным. Вот, к примеру: вчера зашёл Амвросий к агроному Олегу, зашёл что бы пристыдить. Жена Олега - Наташа, пожаловалась священнику на то, что муж её как выпьет поколачивает. Батюшка собрался, и вечером навестил их квартиру. Постучался в дверь, та была не заперта, зашёл. Натальи дома не было, что хорошо, ибо не бабье это дело в мужские беседы лезть.
- Христос воскресе! – начал разговор Амвросий. Но привычного ответа не последовало.
Олег сидел за столом и не добро рыкнул: - Чего надо, поп?
Батюшка не смутился и продолжил: - Слышал я, Олежа, жену ты обижаешь. Негоже так. Муж и жена суть одного целого: ей тумак - тебе оплеуха. Не стыдно тебе?
Олег на секунду замешкался, не думал он, что кто-то с такими речами к нему заявится, но вместо стыда в его глазах вспыхнула ярость: - А ты кто такой вообще, святоша? Нос свой поганый в чужие дела совать вздумал? Пошёл вон отсюда, пока цел, - и стукнул ладонью по столу так, что зазвенели стекла.
Отец Амвросий вздрогнул от резкого звука, хотел было ещё что-то сказать, но из уст вырвалось лишь: - Прости Господи. После чего батюшка развернулся и вышел.
Дома, пред иконами, Амвросий благодарил Бога за милость его. Просил в молитвах здравия и спасения Наталье, Олегу, крепости и любви их союзу. Помнил священник, что ни одно доброе дело не останется безнаказанным, но не ведал насколько горькой будет месть.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 12 июл 2013, 02:00 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 мар 2006, 21:16
Сообщения: 216
Откуда: г.Минск
А откуда эти три главы? Я не поняла.
Мне про юродивого понравилось.

_________________
Красота тоже спасает мир....


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 20 июл 2013, 12:46 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2009, 23:21
Сообщения: 161
Откуда: Минск
Александра писал(а):
А откуда эти три главы? Я не поняла.
Мне про юродивого понравилось.

Нашёл на просторах интернета.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 20 июл 2013, 12:46 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2009, 23:21
Сообщения: 161
Откуда: Минск
Глава 4. Колокола и донос.
Отец Амвросий соорудил небольшую деревянную звонницу, благо работа в его руках ладилась. С неделю назад прибыли три колокола. Отлитые из меди и цинка, словно причудливые шляпы, они стояли при входе в храм под навесом. Это был подарок, от кого батюшка не говорил, не признавался. Не хотел навлечь беду на товарища, что пожертвовал приходу такую ценную вещь. От мысли, что со дня на день эти три вестника Божьей славы будут установлены на места своего служения, наполняли нутро отца Амвросия трепетом и теплотой. Пусть пока и нет звонаря. Помнил он, что бесы заслышав звон церковного колокола тотчас кидаются наутёк и не могут подойти ближе того места, где слышен звон, не терпят его.
Лейтенант заметил обновку поднимаясь по ступеням, но особого значения этому не придал. В его голове крутились мысли о том, как лучше выполнить порученное ему дело.
Утром со скрипом распахнулась дверь кабинета. На пороге стоял начальник Слеповского.
- Привет, - обронил он, заходя в комнату. Через мгновение на стол Слеповского упала та самая папка.
- Жалоба, - как бы между делом сказал мужчина в круглых очках: - Ты знаешь что делать!
Лейтенант посмотрел на довольно плотную папку, удивился. Не могло столько бумаг собраться от одной кляузы, на которой, казалось, ещё паста не высохла. Открыв папку, взору лейтенанта предстал тот самый листок донос, он лежал первым. Доносы всегда вызывали неприязнь. Был понятно, что чаще всего кляузниками движет зависть, злоба, ненависть и прочие дурные настроения, но такие жалобы создавали прецедент, развязывали руки, давали ход делу. Слеповский поморщился.
«Довожу до вашего сведения, что человек, именуемый себя Амвросием, занимается антисоветской агитацией. На своих собраниях сбивает с толку доверчивых граждан, навязывает им чуждое партии мнение! Прошу принять меры и разобраться в сложившейся ситуации». Снизу листка стояла сегодняшняя дата и подпись. Лейтенант хотел поинтересоваться кто этот доносчик, но того кто принёс папку уже не было. Слеповский на миг стало не по себе. «Вот так всегда. Незаметно появится, и так же пропадёт», - подумал он.
Содержание папки давало понять, что за деятельностью священника уже давно следят. Участь священства была предрешена властью, и собрание компромата, а так же его особая трактовка в суде, было делом времени. Зачастую решение суда было на руках у чекистов ещё до его проведения. Донос был весьма кстати.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 13 авг 2013, 17:08 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2009, 23:21
Сообщения: 161
Откуда: Минск
Глава 5. Матушка.
С какой-то неистовой силой распахнулись двери храма. Поток воздуха заставил огонёк свечей, практически погаснув, склонится. Пошла чёрная копоть. Матушка Люба вздрогнула. Недоброе предчувствие рябью пробежало по её коже.
- Мне нужен Степан Благевич, - громко и уверенно выдал Слеповский.
- Батюшки нет, - робко ответила матушка. – Вы по какому поводу?
Слеповский жадно пробежался взглядом по залу. Убедившись, что в помещении никого нет, переключился на женщину: - Вы, я так понимаю, Любовь Слеповская? – лейтенант смекнул: пугать женщину не выгодно, постарался быть тактичным.
- Да, - ответила матушка, и скрестила у пояса ладони.
- Тут проблемы возникли с документами, нужно переговорить с вашим мужем. – Слеповский попытался улыбнуться, - где он сейчас?
Женское сердце громко билось в груди, отдаваясь в ушах гулким звоном. Она чувствовала, что лейтенант говорит неправду. Стараясь не выдавать волнения, матушка произнесла: - Сегодня его не будет. В деревню соседскую усопшего отпевать поехал. Завтра после обеда вернётся.
Такой вариант Слеповского не особо устраивал, он привык полностью контролировать ситуацию, но отчего-то решил отложить беседу на день: - Хорошо, я позже зайду. Всего доброго.
В пустом помещении храма было тихо, лишь несколько свечей тонкой струйкой излучали чистый свет. Через эти небольшие светящиеся шарики будто вглядывались в этот мир лики святых, там- Святитель Николай Чудотворец, там- Преподобный Серафим Саровский, там- Преподобный Сергий Радонежский. Матушка Люба стояла в оцепенении. Покрытые голубыми дорожками вен ладони дрожали. Она слышала, как завелась на улице машина и хлопнула металлическая дверца, как зашуршали камешки под колёсами отъезжающего воронка. Страх обволакивал разум женщины холодной тенью, дурные мысли преподносили самые жуткие сценарии, от этого сердце билось ещё сильнее и хотелось укрыться от них, спрятаться, но убежать от мыслей человеку невозможно. Так и простояла до самой темноты.

Городской парк благоухал свежестью, умытые дождём листья деревьев приветливо кланялись проходящим мимо людям. Это лёгкий ветерок заставлял их непринуждённо шевелиться, словно под звук волшебной музыки. По парковой дорожке бодро шли две подруги Люба и Валя. Девушки время от времени заливались звонким смехом, чем невольно привлекали внимание прохожих, вызывая ответные улыбки. В тот августовский тёплый день, после проливного дождя, светило яркое солнце. Оно отражалось в лужах, и заставляло девушек щуриться. В очередной раз переглянувшись, подруги засмеялись, находя собственные лица весьма забавными. Этот живой и беззаботный смех заставил Стёпку оторваться от книги.
- Смотри, какой серьёзный, - шепнула подруге Валя: - Ученый, наверное.
- Да ну. Совсем непохож, - ответила Люба и добавила: но симпатичный.
Девушки вновь засмеялись.
Степану стало не по себе. Он заметил, как девушки глядя на него шепчутся и смеются. Покраснев, юноша поспешно спрятал книгу и собрался уходить, но голос Любы его опередил:
- Привет, а что ты читаешь?
Степан мгновенно собрался и ответил:
- Да так, книгу тут одну...
- Ты, наверное, учёный? - перебила его Валя.
- Я …, - Степан не смог ответить что-то вразумительное. Его взгляд встретился со взглядом Любы и мир в мгновенье стал другим.

- Я … согласен! – сказал Степан и улыбнулся.
За спиной раздалось громкое многоголосое «Горько».
На свадьбе было много гостей, как из рога изобилия сыпались поздравления и шуточные наставления, гости веселились и радовались. Больше остальных хлопотала подруга семьи Валя. От переизбытка чувств девушка, казалось, специально ищет, чем себя озадачить. Со стороны это выглядело смешно и мило, было видно, что Валя очень радовалась за Любу и её мужа Степана.
Сами же молодые глядели друг на друга глазами полными тепла и счастья. Теперь они были одним целым, теперь они стали семьёй.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Первые три главы.
Непрочитанное сообщениеДобавлено: 02 окт 2013, 20:25 
Не в сети
старожил
старожил
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2009, 23:21
Сообщения: 161
Откуда: Минск
Глава 6. Дождливый день.

Дождь лил без остановки ещё с ночи, выстукивая причудливый ритм по крыше и подоконнику, невольно заставляя людей погружаться в собственные мысли.
Тело Слеповского ныло, казалась, что тысячи невидимых иголок впились в него, причиняя нудную боль. Взглянув на термометр лейтенант нахмурился- 38.7. В таком состоянии идти на работу было бы абсурдом, и его рука потянулась к телефонной трубке…
Нерешительно открылась дверь в дом священника. Из-за неё высунулась голова в скуфье и оценила обстановку в доме. Заметив матушку, сидящую у окна и с удивлением глядящую в сторону входа, стало понятно, что незамеченным проскользнуть не получится. Дверь распахнулась шире, и в прихожей появился отец Амвросий. С мокрого подрясника и слипшейся от дождя бороды струйками стекала вода. Батюшка виновато посмотрел на жену и, шмыгнув носом, вымолвил:
- Любушка, не ругайся. Говорила ты мне взять зонт, а я забыл. Вот, весь промок как цуцик.
Матушка ещё мгновение помолчала, до конца вникая в суть происходящего, и залилась смехом. Вид мужа, и вся эта ситуация, была настолько комичной, что никакие силы не могли сдержать приступ здорового смеха.
- Раздевайся скорее, водяной, и иди ноги парить, я чайник поставлю, - сквозь смех промолвила матушка и пошла на кухню.
Волнистой струйкой вился пар над кружкой чая. Отец Амвросий положил себе и жене липового мёду, небольшую баночку которого на той неделе принесла бабушка Клавдия.
- Ну, рассказывай, что случилось? – начал беседу Амвросий, заметив, как жена суетится у стола. Суетливость жены была верным признаком того, что её что-то гложет.
Матушка оставила своё занятие и кинулась со слезами на шею мужа.
- Приходили, милый мой, приходили… По твою душеньку приходили. Ой не доброе чую, ой не хорошее…
- А ну ка цыц мне, - попытался быть строгим Амвросий: - Кто приходил? Что ты панику разводишь.
- Служивый вчера приходил, тебя спрашивал, говорил, что с документами какими-то разобраться надо. Ой беду чую, ой не к добру это…
- Погоди причитать! – чуть повысил голос батюшка, гладя голову жены. – Знаю я чего он приходил. Забор-то я подвинул тем месяцем ближе к дороге, видимо лишней земли ухватил, вот и весь вопрос. Когда, говоришь, воротится служивый тот?
- Сегодня после обеда прийти грозился. Может схорониться тебе? – не унималась матушка.
- Ай-ай-ай, ай-ай-ай, - с укоризной произнёс Амвросий. – Где же твоя вера, голубка ты моя? Али забыла, что живущий под кровом всевышнего, под сенью всемогущего покоится?
Матушка Люба подняла заплаканные глаза, встретив взгляд мужа. Тот улыбнулся. Она крепко обхватила его руками и припала к его груди. Амвросий нежно обнял жену и шепнул:
- Не переживай, всё будет хорошо.
День подходил к концу. Дождь пошёл на убыль, но всё ещё шелестел за окном. Отец Амвросий внешне был спокоен, понимая, что матушка чутко улавливает каждый его вздох и движение. Что бы её успокоить он выдумал ту нелепую историю с забором, и в глубине души пытался представить дальнейшее развитие ситуации. По всей стране закрывались приходы, давление на священников было просто невыносимым, но отца Амвросия до вчерашнего дня никто не трогал. Не уж-то настал час, и взялись за него? А может и впрямь что-то несерьёзное, и жена зазря паникует ?
Небольшие настенные часы показывали 10 вечера. Никто не объявился. Пока отец Амвросий молился у красного угла, матушка Люба успела уснуть. Погасив свет, и стараясь не разбудить супругу, батюшка залез под одеяло. Аккуратно обняв жену прошептал: «Спасибо, Господи, за это золото»!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 6 ] 

Часовой пояс: UTC + 2 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Форум православного информационного портала Собор.by. Главная »
Rambler's Top100 ???????@Mail.ru Православное христианство